Вторник, 26.09.2017, 03:27
Приветствую Вас Гость | RSS
Регистрация Вход
Новые сообщения
  • Стихи (0)
  • На восток и обратно,... (0)
  • www.pcu.org.ua (4)
  • Что почитать (0)
  • Сердце и Чаша (51)
  • Служение Богу в Духе... (7)
  • Христианские Стихи о... (23)
  • Зеленый нейтрал (30)
  • Astra-мысли (6)
  • поэма по книге царя ... (11)

  • Категории раздела
    статьи 1 [23]
    Рассказы [24]
    Биографии [29]
    Статьи 2 [16]
    Чужие рассказы [35]

    Облако

    Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    [ Кто нас сегодня посетил ]
    Главная » Статьи » Рассказы

    Пролог

    Когда в 15 лет остаешься один, да нет, даже не один, ведь у тебя есть сестра, София, то все выглядит немного не так романтично, как хотелось. Когда-то мечтал быть сам по себе, особенно в те моменты, когда отец наказывал, а мать лишала тех мелочей, что выделялись на карманные расходы. Ты мечтал быть свободным как птица, что летает с утра до вечера, не обремененная никакими заботами, никакими ограничениями. И пусть говорят, что у птиц жизнь коротка, но когда ты молод и полон сил, не имеет значения факт возможного конца.  Ты совсем еще юный и мало, что понимаешь в жизни, но при этом мнишь себя достигнувшим каких-то значимых вершин. И все же сейчас ты бы хотел, чтобы кто-то другой отвечал за жизнь и благополучие Софии. Для неё такой безбашеный брат как ты не самый лучший пример, не самая лучшая опора. И понимаешь, что нужно теперь взрослеть, что если не ты, то никто другой, просто потому что она никому в этом мире не нужна. Может быть, найдется парень и даже не один, который, влюбившись в красивую внешность Софи, на время заинтересуется ею, но по большому счету, для него она будет лишь куклой, от которой не ждут ничего, кроме покорности. Лишь ты один теперь есть у нее, и лишь ты один можешь повлиять на будущее этой девочки, которая терпеливо ждет маму изо дня в день. Вот и сегодня Софа опять приготовила рататуй, любимое блюдо Лорелайн, заварила зеленый чай, который так тебе ненавистен. И сколько бы ты не объяснял ей, что они теперь сами по себе – девочка отказывается верить. Еще бы: в 12 лет сложно понять, что в один миг маме стали вдруг не нужны дети и она, выйдя замуж, уехала далеко-далеко. Но ты знаешь все и, брезгливо заглядывая в кастрюлю, все же накладываешь в одну из последних чистых тарелок варево сестры. Ты осознаешь одну простую истину – лучше уж отравится этой гадостью, чем обидеть сестру. К сожалению, у Софии есть один существенный недостаток: если она будет даже хоть чуть-чуть недовольна, то замкнется, и даже слова не вытянешь. Если к этому добавить семейную черту характера – упрямство, то в итоге молчаливый бойкот может длиться очень долго.

    Пересолила, переперчила… А сахар-то зачем добавлять в тушеные овощи?! Ты с отвращением выплевываешь сладкий комок, что попался тебе вместе с баклажанами и недовольно закатываешь глаза. Если Софи все же примет как истину, что они теперь сами по себе, то начнет готовить уже все, что придет ей в голову. А это значит: новые, экспериментальные рецепты и, как данность, гарантия несварения желудка. Ничего не остается, как смиренно вздохнуть и отправить в рот очередную порцию блюда, которое называется так красиво – «рататуй».

    Стук двери, грохот, брошенное девичье «вот зараза!», топот босых ног по деревянному полу – София влетела на кухню, размахивая каким-то листком бумаги.

    - Опять вешалка упала, - запыхавшись, объяснила девочка шум, привычным движением растрепав твои волосы.

    Ты стиснул губы и выразительно посмотрел в её сторону: ведь знает же, что тебя это раздражает! Но, увидев сияющие глаза Софы и то, как она нетерпеливо переступает с ноги на ногу, решил не ругать в этот раз.

    - Что там у тебя? – спрашиваешь, радуясь возможности прекратить трапезу. Можно будет потом сказать, что уже много съел и перекусить чем-нибудь более съедобным.

    Девочка протягивает листок бумаги. Извещение о закрытие школы. Ты давно уже слышал о том, что большинство муниципальных учреждений в вашем районе будет закрыто, но школа… Такого ты не ожидал. Если бы не уход отца, а потом и матери из вашей маленькой семьи, то сам с удовольствием бы продолжил обучение, но, увы, приходиться выбирать  наиболее уместное на данный момент. Все твои силы и время уходят на попытки заработать хоть немного денег. Скоро надо платить за квартиру, да еще и полицейским, чтобы обходили стороной их семью. Радует, что  местные группировки пока не требуют от него «процентов». Заботы, проблемы – как их разрешить? Радовало, что Софи, получив образование, сможет вырваться отсюда и стать частью другого мира, а теперь, с закрытием школы, что ей остается?

    Тебя раздражает её счастливая мордашка, потому что радуется она потере шанса на хорошее будущее. Разве правильно радоваться потерям? Разве не время сейчас ломать голову о том, как жить дальше? Но что с неё взять – ребенок, маленькое дитя, которое освободилось от гнета учебной системы. Ты закрываешь руками лицо, потому что не хочешь, чтобы сестра видела выражение отчаяния на твоем лице. Ты не знаешь что делать, ведь сейчас, когда София окажется предоставленной сама себе, «мамочки» быстро начнут вербовку. А ты не сможешь её защитить, ведь те несколько работ, на которых с утра до вечера пашешь как вол, не позволят быть рядом. И уже видишь, как Софа стоит в окружении расфуфыренных девиц, и призывно машет рукой… Ты резко мотаешь головой, пытаясь прогнать наваждение, которое до дрожи в пальцах наполнило страхом и паникой. Ты должен защитить её, ты должен оградить её от влияния улиц, тем более здесь, тем более в вашем районе. Здесь, где преступность расцветает, где наркотики так же естественны как утренний кофе, где быть проституткой, не значит идти путем аморальности -  просто обычный способ заработать себе на жизнь. Ты делал все, чтобы хаос, окружающий вас, не захватил и не поглотил Софию, но теперь это кажется бессмысленным. То, что неизбежно всегда произойдет, как не пытайся отсрочить.  Надо смириться и перестать бороться, тем более что можешь ты сделать против отлаженной системы? Годами здесь скапливались самые искусные преступники, перенимая друг у друга опыт. Матерые волки, что им маленький, еще такой юный, волчонок? Задавят и даже не заметят.

    Софа сосредоточено следила за братом. Это выражение лица, этот взгляд – девочка знала, что Давид не доволен, но не могла понять, что ему так не понравилось. «Наверное, из-за того, что я приготовила рататуй» - беспечно подумала она, убирая тарелку со стола к груде грязной посуды. Когда была мама, то приходилось перемывать все раз в три дня, а теперь даже если нет ни одной чистой тарелки – лежит и пылиться. Потом у кого-нибудь все же кончится терпение и начнется процесс «отдери цемент». Чаще всего роль борца за чистоту и порядок выполнял брат, который вообще стал для Софии второй мамой и вторым, да нет, единственным, отцом. Разница в возрасте в три года лишь по документам являлась маленькой и не значительной, а на самом деле Давид куда старше её. Когда ночами Софи скрипя зубами, просыпалась от страшных снов, то в первую очередь бежала к брату в комнату и, замерев на пороге, ждала, когда тот проснется. Это что-то удивительное, но стоило ей войти в комнату, как почти сразу же брат просыпался.

    - Опять кошмар? – сонно бормотал он, отодвигаясь на край кровати. Софа, не дожидаясь приглашения, прыгала к нему, путаясь в своем одеяле, которое умудрялась обмотать вокруг себя наподобие тоги. Давид переворачивался на другой бок и засыпал, а она расслаблено закрывала глаза, ведь когда брат рядом нечего боятся.

    Дети всегда хвастаются своими родителями. «Вот у меня папа», - слышится то и дело на улице. «А моя мама», - вторит другой детский голосок. Папа и мама – пример для подражания и предмет обожания. И как бы не хотела Софа присоединиться к стройному хору воспевания родителей, тот факт, что она брошенная – нельзя оставить без внимания. «Мама» - шептала она, вслушиваясь в споры и жаркие дискуссии о том, чья же родительница лучше. «Мама» - шептала она и сжимала руку в кулачок, напоминая себе, что надо быть сильной, что надо «держать спину прямой», как говорила им учительница. А внутри – боль, внутри не высказанная горечь  и ненависть. Даже брату она не говорила о том, что изо всех сил закрывает уши, чтобы не слышать, как за стеной соседка зовет свою дочку обедать. Не потому что боялась показаться слабой, а потому что не хотела, чтобы Давид узнал о том, какая она плохая. В эти моменты она так ненавидела Мари вместе с её мамой, братьями и отцом, что желала всем бедам, какие только есть, обрушится на них. Она ненавидела их за то, что у них есть то, чего она лишена – семья. Девочка не могла понять за что, почему, её лишили мамы? За что, почему, у неё нет отца? Она пыталась найти ответы, но слова «Так определено Богом», «Се ля ви», «Со многими бывает» еще больше злили. Она кричала: «Я всего лишь маленькая девочка, какое мне дело до вашего Бога? Меня не интересует судьба и многие другие люди, мне нужны мои родители!»  Но что такое крик ребенка? Очередная истерика, которою не принимают во внимание.

    Слова могут приносить много боли, даже если направлены на утешение и ободрение. Нет ничего острее слов, которые летят прямо в обнаженное сердце, которое не умеет защищаться. Ребенок – открытая душа, которой сложно понять поступки взрослых. Ребенок хочет просто жить в тени своих родных, в тени папы и мамы. Но родители, когда уходят в поисках лучшей жизни, забывают забрать с собой тех, кого им дал Бог. Каким бы ценным не был подарок, но, убегая в потемках, так часто забывают прихватить его с собой. Вот и остались два бесценных, драгоценных, ребенка, каждый со своими страхами и надеждами. София скрывала от брата, что понимает истинное положение вещей. Ей казалось, что, обманывая Давида, она сможет поддержать в их маленькой квартире какое-то ощущение того уюта, что был при маме. Пусть он думает, что она ждет маму и тогда может и он поверит, в то, что Лорелайн может вернуться. Кто знает, говорят, вера творит чудеса.

    Категория: Рассказы | Добавил: Линда (10.10.2011)
    Просмотров: 225 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Цитата
    Тот, кто не желает поднять упавшего, пусть страшится упасть сам, ибо, когда он упадет, никто не протянет ему руку.
    Саади

    Форма входа

    Поиск

    Наша кнопка



    Друзья сайта
    Для писателей...  Готовим сами Для писателей... Литературный портал БЛИК Альтернативный сайт поэзии

    Мечтатели неба © 2017